Yesterday is history, tomorrow is a mystery, but today is a gift. That is why it is called the present.
Название: Шел Шерлок по шоссе...
Фандом: Sherlock BBC
Автор: GingerLelia
Гамма: Sellaginella
Персонажи: Шерлок Холмс, Майрофт Холмс, Джон Ватсон
Рейтинг: PG-13
Статус: Закончен
Размер: миди
Дисклеймер: Книги – Конан Дойля, образы – BBC, все остальное – моё.
Предупреждение: AU, так что может быть ООС. Употребление наркотиков.
Примечание: В этой вселенной Шерлок Холмс – реальный человек, молодой аристократ, получивший имя в честь героя книг Конан Дойля. Майкрофт (точнее Майкл) Холмс, его старший брат – детектив-инспектор Скотленд-Ярда. А Джон Ватсон… Джон это Джон. Бывший врач, бывший военный. Настоящий друг.
Жанр: action, case fic
Саммари: Помогая брату в расследовании нового дела, Шерлок оказывается в ситуации, которая заставляет его вновь столкнуться химерами из его прошлого. Фанфик является сайд-стори к «Неизбежность-2. Шерлок».
Часть 1.
Шерлок давно не удивлялся. Вокруг всё и всегда было для него слишком очевидным, чтобы он смог испытать подобную эмоцию. Поэтому, когда он увидел, как его рука берет шприц с героином и впрыскивает его в матрас, то испытал безмерное удивление от собственного поступка.
Тело, словно в наказание за лишенное удовольствие, ответило волной судорог. Придя в себя, Шерлок сделал все возможное, чтобы тот, кто непременно придет проверить его состояние, не догадался, что шприц использовали не по назначению. Как должен выглядеть шприц после инъекции он знал отлично.
читать дальшеПока его страж стоял над ним, удостоверяясь, что все в порядке (даже пульс попытался посчитать, заботливый), Шерлок из последних сил изображал беспечную улыбку находящегося под кайфом человека, и молил про себя, чтобы парень не вздумал проверить его зрачки… Но в отличие от доктора, который, естественно, не поверил бы в разыгранное представление, охраннику видно даже не пришла в голову мысль, что дозой героина наркоман может распорядиться как-то по-другому.
Наконец коротышка вышел из комнаты, снова заперев дверь, и Шерлок получил возможность свернуться клубком на кровати, чтобы можно было как-то перетерпеть дикую резь в желудке. Прошел еще почти час, прежде чем он почувствовал себя более-менее в силах приступить к намеченному плану. За все это время за окном окончательно стемнело, и в доме не было слышно ни звука. Видно его страж заснул, не волнуясь больше о своем подопечном.
Первым делом он достал спрятанную проволоку и дрожащими пальцами отпер наручники. Потом он сел на кровати и подождал, пока пол и стены перестанут плясать джигу. Прислушиваясь к звукам за дверью, Шерлок прошел в ванную и, чуть приоткрыв кран, чтобы не было слышно звука бегущей воды, вдоволь напился. Вода сильно отдавала ржавчиной, но ему в тот момент она показалась самым вкусным напитком на свете.
Как-то раз, увидев, как с помощью канцелярской скрепки он открыл кабинет в Скотленд-Ярде, Майк сказал ему, что очень рад, что его младший братишка по эту сторону закона, а не по другую. Потому что, судя по всему, там он добился бы немалого успеха. Так что открыть дверь узилища Шерлоку было нетрудно. Правда, то и дело накатывал озноб, и пальцы сводило судорогой, поэтому времени на это ушло немного больше. Но вот замок поддался, и перед Шерлоком показался небольшой коридорчик и лестница из пяти или шести ступенек, ведущая наверх.
Все время прислушиваясь, он осторожно вышел в коридор и притворил дверь плотнее. Тут его взгляд заметил биту, стоящую в углу за дверью. Ну что ж, она была весьма кстати. Пролежав почти двое суток привязанным к кровати, после всех этих процедур, вряд ли бы он был в силах справиться с коренастым голыми руками.
Сжимая биту в руках, Шерлок осторожно ступил на лестницу, надеясь, что ступеньки не заскрипят. Поднявшись по ним, он понял, что оказался в небольшой полутемной кухне, с окнами, выходящими то ли в сад, то ли в лес.
В помещении никого не было, горела только лампочка над плитой. Кругом царила просто стерильная чистота и идеальный порядок. Даже кружки на полках были повернуты ручками в одну сторону. Похоже, у коренастого самая настоящая мания.
Психически здоровых людей вокруг все меньше и меньше, думал Шерлок, крадясь по кухне. Взять хоть его и Джона – у одного аутизм, пусть и не так сильно выраженный, другой кричит по ночам и каждую мелькнувшую тень считает притаившимся неприятелем… Тут Шерлок вспомнил, как в последний раз это отклонение Джона спасло ему жизнь, и почувствовал себя почему-то немного бодрее.
Где-то рядом послышался шорох, и Шерлок резко развернулся, замахнувшись битой. Но рядом никого не оказалось. Лишь догадавшись опустить взгляд, он увидел большую пушистую кошку, с важным видом прошествовавшую мимо него к своей миске. Холмс медленно выдохнул и попытался унять дрожь в коленях. Бита вдруг стала тяжелой, словно чугунная. Надо уходить, иначе он потеряет тут сознание и грохотом разбудит хозяина.
Пройдя пару шагов, он заметил выход в небольшой холл, из которого наверх вела лестница, а чуть дальше лестницы виднелась вожделенная цель – дверь на улицу.
Уже двинувшись в ее сторону, Шерлок понял, что в борьбе за свободу упустил из виду один важный момент. За дверью его ждали декабрьские сумерки. У него, кажется, начинался жар, а одежды на нем по-прежнему было, мягко говоря, не густо.
Нет, стискивая зубы от злости, думал Шерлок. Более дурацкой ситуации в его жизни давно не случалось. Быть в двух метрах от свободы, и такая загвоздка. И как он об этом не подумал, это он-то, с его гениальной головой! Чертов промедол!
Но, выглянув в холл, он понял, что еще не все так мрачно, как казалось – на перилах лестницы висело его, Шерлока, пальто, а рядом с дверью стояли чьи-то высокие ботинки…
Она кружила по дорогам этого чертового лесничества уже несколько часов. Если верить карте, где-то здесь должен быть домик смотрителя. Наверное, она пропустила поворот в таком тумане. Да что же это такое, в конце концов!
Простейшее поручение – незаметно подбросить объекту наблюдения маленькую визитку в карман пальто – она выполнила без проблем. Уже сев к себе в машину, Сара прекрасно рассмотрела, как он вышел из магазина с визиткой в руках. Но потом… Потом произошло нечто странное.
К объекту сзади, прихрамывая, подошел какой-то высокий мужчина, хлопнул его по левому плечу, словно здороваясь, и тут у ее объекта как будто подкосились ноги. Подошедший подхватил выпавшие у того из рук пакеты, заботливо приобнял за плечи и повел к машине, стоящей тут же в паре шагов. Все выглядело так, словно один друг ведет другого, хватившего лишку в баре напротив. Но в магазине Сара прекрасно успела рассмотреть, что объект был трезв, кроме того, наблюдая за ним уже несколько недель, она не видела его выпившим, и не заметила, чтобы вне дома тот пил что-то кроме воды или кофе.
Двое мужчин сели в машину, и Сара еле успела завести двигатель, как их седан резко тронулся с места. Медлить было некогда, она не стала звонить и уточнять инструкции, а просто пристроилась следом и умудрилась в вечернем трафике не упускать темно-синюю тойоту из вида даже за пределами Лондона, до самого съезда с Черч Лейн в Херифордшире.
Но потом начались пустые и узкие деревенские дороги, и ей пришлось увеличить дистанцию, чтобы не быть замеченной. И к тому же пока они ехали, стемнело окончательно. В общем, она их упустила. Проехав еще пару миль, Сара поняла, что впереди их нет. Это означало одно – они свернули. Они могли повернуть куда-то в сторону Парадайз Уайльд Лайф Парка. Или, что еще хуже… Глянув в карту, она увидела, что по Пэмбридж Лейн, поворот на которую она только что проехала, можно через десять минут въехать в Деррис Вуд – огромное лесничество…
Что-то ей подсказывало, что в тот седан ее объект сел вовсе не добровольно. А так как для стороны, ее нанявшей, этот высокий брюнет был почему-то очень важен, выходит, что из-за ее небольшой оплошности может провалиться что-то серьезное.
С ее опытом наружного наблюдения упустить машину на пустой сельской дороге было вдвойне обидно. Через час блужданий по окрестностям она все-таки позвонила и сообщила, что кажется, потеряла его. Голос по телефону отвечал ей так холодно, что даже сейчас, более суток спустя, вспоминая об этом в теплом салоне своего Фольксвагена, Сара чувствовала легкий озноб.
А может, сказалось недосыпание? Последний раз она спала, кажется, позапрошлой ночью, а последние сутки она провела за рулем, объезжая в поисках темно-синей тойоты все деревеньки, гостиницы и мотели в округе. Чтобы не заснуть за рулем, пришлось даже принять таблетку стимулятора, что она делала только в крайних случаях. Но что-то ей подсказывало, что этот случай именно крайний.
…Откуда он появился на дороге, она так и не поняла. Ведь она проезжала здесь несколько минут назад. В свете фар мелькнула долговязая фигура, и, прибавив скорости, она быстро обогнала его и, притормозив, открыла дверцу. Между распахнувшимися полами пальто мелькнул голый торс и длинные голые ноги в каких-то высоких ботинках с развязанными шнурками…
Она махнула ему рукой, приглашая сесть, и приготовилась сыграть проезжавшую мимо заблудившуюся туристку. Но он ввалился в салон, и, буркнув что-то невнятное,… потерял сознание.
Весь опыт, накопленный Сарой при очень разных обстоятельствах, говорил ей, что там, где объект был все это время, с ним произошло что-то не очень хорошее.
Поэтому она, перегнувшись через пассажира, быстро захлопнула дверцу и вдавила в пол педаль газа…
Через пятнадцать минут она выехала на автостраду и, съехав на обочину, остановила машину. Не заглушая двигатель, Сара, насколько позволяло ей пространство салона, быстро осмотрела своего пассажира на предмет ран и повреждений. На лице, шее, и на груди ни кровоподтеков, ни царапин, ногти целы, пальцы не разбиты. Значит, вряд ли его били. Жар. Сухие губы искусаны в кровь. Дыхание хриплое. Ну, погуляй-ка в минус семнадцать по лесу в белье и пальто на распашку…
Глядя на молодого человека, беспомощно скорчившегося на маленьком для него сидении, она поняла, что от него веет бедой. Что там с ним сделали? Однако медлить больше было нельзя. Сара еще раз проверила пульс на худом запястье, затем пристегнула своего пассажира и выехала на автостраду А10.
Набрав знакомый номер, девушка быстро и четко доложила обстановку. Там попросили подождать и не вешать трубку. Через пять минут абсолютной тишины она снова услышала знакомый мягкий голос, от которого ее снова зазнобило, и внимательно выслушала новые инструкции.
Через полтора часа в небольшом коттедже на окраине Лондона ее пассажира осматривал пожилой молчаливый доктор. Раздев все еще не пришедшего в сознание мужчину, они не нашли на теле ни одной раны, кроме следов от иглы на правой руке. Пожилой доктор задумчиво пожевал нижнюю губу и потянулся за своим саквояжем. Открыв его, он достал все необходимое для экспресс-теста на наркотики.
Пока доктор брал кровь и делал анализ, Сара свернулась калачиком в кресле рядом с кроватью, куда они положили ее пассажира. Борясь со сном, она думала, почему ей не сказали, как его зовут по-настоящему? Хозяева называли его «Шерлок Холмс». Понятно, что это не было настоящим именем. Особенной чепухой это звучало, если вспомнить, как зовут ее саму… Но так как в этот раз в ее обязанности входило только наружное наблюдение, а не сбор досье, она не лезла не в свое дело и не задавала лишних вопросов. А сейчас, глядя на осунувшееся лицо, которое было белее белого, ей очень захотелось знать имя…
Когда результаты теста были готовы, доктор вышел в другую комнату и с кем-то долго говорил по телефону. Сквозь навалившуюся дремоту Сара смогла разобрать «опиоиды… диализ… опасно… пневмония… антибиотики».
Когда во дворе коттеджа, где был припаркован маленький Фольксваген, остановился небольшой белый фургон, Сара уже крепко спала. Из фургона вышли несколько мужчин, которые осторожно выкатили какой-то ящик и вынесли несколько больших пакетов с инструментами и лекарствами…
Шерлок спал и видел счастливый сон. Даже скорее не видел, а чувствовал. Еще немного и он бы понял, догадался, дотронулся… Но тут его разбудил громкий стук в дверь.
Открыв глаза, он обнаружил, что лежит на широкой двуспальной кровати в небольшой комнате, всей своей обстановкой говорящей о том, что находится она в не самом дорогом мотеле. Отметив мимоходом, что на нем надета футболка, джинсы и даже носки, он поднялся с кровати и направился к двери, так как стук становился все настойчивей.
– Сэр! – раздалось за дверью. – Эй, мистер, как вас там, проснитесь!
Шерлок рывком распахнул дверь, и его шатнуло в сторону от накатившей слабости, да так, что пришлось схватиться за притолоку, чтобы не приложиться головой об косяк.
Длинноволосый очкарик в мятой рубашке и мешковатых брюках, с любопытством оглядел открывшего ему дверь долговязого молодого брюнета с торчащими во все стороны кудрями, недельной щетиной и мутным взглядом.
– Шесть часов, – бодро сообщил он Шерлоку, надув пузырь из жвачки.
– Ммм? – все, что мог выдавить из себя Холмс, быстро пытающийся сообразить, когда последний раз он вообще пользовался голосом. Такое впечатление, что очень давно…
– Я говорю, утро уже. Шесть часов. Вы ж вчера просили разбудить? Ну, вот я и бужу!
– Я просил? – голос хрипел и ломался, как сухая бумага, в горло будто песка насыпали.
– Ну, сами вы вчера ничего не могли – ни петь, как говориться, ни рисовать, – очкарик нагло ухмыльнулся. – Не, я все понимаю, вечер пятницы – дело святое. Короче, – он заправил за ухо прядь сальных волос и уже уходя по коридору, закончил, – ваши друзья мне поручили вас разбудить в шесть часов. И отдать вам конверт. Будете уходить, подойдете ко мне к стойке портье, отдам.
Парень уже спускался по лестнице, а гениальный детектив все еще смотрел ему в след. Пятница? Друзья? Последний день, который он помнит отчетливо, был понедельник. А последние хомо сапиенсы, которых он встретил, собирались сделать из него наркомана.
Он, бесспорно, отстал от реальности. Об этом стоило поразмышлять.
Медленно закрыв дверь, Шерлок добрел до кровати, лег и осторожно опустил голову на подушку. Закрыв глаза, он провел мысленную ревизию собственного тела. Под закрытыми веками плавали яркие разноцветные круги, колени дрожали, в горле першило, немного болела голова. Но в остальном, физическое состояние можно было назвать удовлетворительным. Это внутри. А что у нас снаружи? Он с некоторой неохотой оторвал голову от подушки, только потом открыл глаза и рассмотрел себя как следует. Футболка чистая, джинсы по размеру, носки, судя по всему, новые. Подумав, он оглядел пол рядом с кроватью и нашел там черные кроссовки, с виду как раз его размера. Посмотрев по сторонам, он увидел свое пальто, висящее на спинке кресла, а в кресле – серый свитер грубой вязки. Больше ничего примечательного в комнате не было. Комната как комната, обычная дешевая гостиница.
Очень хотелось спать. И не хотелось думать.
Впервые за много лет… Нет. Впервые за всю жизнь гениальному Шерлоку Холмсу, барону, хозяину частного детективного агентства не хотелось заниматься своим самым любимым на свете делом. И подумать о том, почему ему не хотелось думать, он решил дома.
Вот. Наконец-то все встало на свои места в его просыпающемся рассудке. Ему надо домой. Он… хочет домой. Не в свою любимую комнату с высокими потолками и окнами, выходящими на двухсотлетний парк, в особняке в Оксфордшире. Норт Гоуэр Стрит. Квартира на втором этаже, камин, череп, диван, книги. Джон.
Конверт! Надо спуститься к хипповатому портье, забрать конверт и задать пару вопросов. Следовало, как минимум выяснить, где он и как выглядели друзья.
Надевая свитер, Шерлок почувствовал что-то под футболкой. Задрав ее, он с удивлением увидел маленький кусочек пластыря, приклеенный повыше и правее пупка. Под пластырем обнаружился небольшой порез или скорее хирургический шов, не больше дюйма длиной. Под кожей на месте шва чувствовалось небольшое уплотнение, словно туда что-то вшито. «Какого…?» промелькнула полная злости мысль. Сама идея, что кто-то что-то сделал с его телом без его ведома привела его в дикую ярость. Ладно, опуская футболку, думал детектив, это мы тоже выясним!
Надев свитер, Шерлок потянулся за пальто и обшарил в нем карманы, надеясь найти хоть что-то. Как ни странно, в карманах нашелся и бумажник, с нетронутым содержимым, и ключи от квартиры, и телефон, у которого конечно давным-давно сел аккумулятор. Вот как? Так. Домой! Думать он будет дома.
Захлопнув дверь комнаты, он спустился на первый этаж и прошел к стойке портье, которая занимала почти все пространство маленького вестибюля. Его длинноволосый знакомый сидел за стойкой и что-то читал в толстом журнале, отпечатанном на плохой бумаге. С явной неохотой оторвавшись от чтения, он ответил на вопросы Холмса. Гостиница называется «Черный лебедь», находится в Паддингтоне, друзья выглядели чуть лучше его самого, один высокий и тощий, другой среднего роста, обычного телосложения. Каких-то особых примет он не запомнил. Хотя, наверное, мистеру лучше знать своих друзей, которые так заботливо довезли его до гостиницы, уложили спать и даже номер оплатили. Всучив наконец Шерлоку обещанный конверт, он снова уткнулся в свой журнал.
Ну конечно, думал Шерлок, выходя из гостиницы и рассматривая посылку. Что еще могло быть изображено на загадочном конверте загадочных друзей? Только большая черная литера «М» из четырех перекрещенных сабель.
Еще какую-то неделю назад первым действием Шерлока в этой ситуации было бы аккуратно вскрыть конверт, внимательно прочитать послание таинственных знатоков и поклонников творчества сэра Конан Дойля и затем тщательно его проанализировать.
Сегодня все было по-другому. Он жив. Он точно знает, что наркотика в его теле нет. Он хочет домой. Сегодня ему этого достаточно.
– Такси! – сунув конверт в карман пальто, Шерлок махнул черному автомобилю, показавшемуся в начале улицы.
Через полчаса, стараясь не шуметь, Шерлок поднялся по лестнице в свою квартиру на втором этаже дома 185 по Норт Гоуэр Стрит. Неслышно войдя в гостиную, освещенную скудным светом настольной лампы, которая почему-то не была потушена, он увидел, что на диване, уткнувшись щекой в подушку и свесив одну руку до самого пола, крепко спит Джон. На ковре рядом с диваном лежал мамин альбом с фотографиями, некоторые снимки были рассыпаны вокруг.
Через несколько мгновений Шерлок понял, что улыбается, глядя на спящего соседа, который даже во сне сосредоточенно хмурил брови.
Он почувствовал, что и сам сейчас заснет, прямо вот так – стоя, как боевой конь. Взгляд упал на каминную полку, где лежал, подключенный к розетке, телефон Джона. Стягивая на ходу пальто и бросая его на спинку одного из кресел, Шерлок прошел к камину, взял телефон Джона, нашел в телефонной книжке номер брата и быстро набрал и отправил смску:
«Был в отлучке. Все в порядке. Ш.»
Потом подумал немного и отправил еще одну:
«Мне не звони. Телефон не заряжен. Ш.»
Затем, сунув телефон под подушку Джону, он сел в кресло рядом с диваном и, с хрустом потянувшись и вытянув ноги, закрыл глаза. Через двадцать секунд он спал так крепко, что не услышал ни сигнала сообщения, пришедшего от Майкла, ни испуганного вскрика Джона, разбуженного смской…
Недалеко от служебного въезда на кладбище Ламбет за рулем большого черного джипа сидел человек и терпеливо ждал, когда из-за угла покажется серый фургон с надписью «Доули и сыновья. Перевозка грузов». Положив подбородок на руки в кожаных перчатках, сжимающие руль, он старался не думать ни о чем, кроме того, что предстояло сделать, когда фургон наконец покажется из-за поворота. На пассажирском сидении рядом с ним лежал большой пистолет.
Все пошло не так. Все вышло из-под контроля. Он не должен был заниматься этим сам. Но теперь нельзя по-другому. Потому что иначе… Человек в отчаянии застонал сквозь стиснутые зубы.
Улица была пуста. Это хорошо, потому что если придется стрелять, чем меньше народу будет вокруг, тем лучше. Ожидание измотало его, и он даже вздохнул с облегчением, когда серый микроавтобус показался на углу Блэкшо и Смолвуд роуд. Мужчина быстро опустил на лицо черную маску.
Сняв пистолет с предохранителя, он сунул его во внутренний карман куртки и, резко тронув джип с места, выехал на дорогу прямо перед фургоном, перекрыв ему путь. Несмотря на то, что человек был довольно немолод, двигался он ловко и быстро, и уже через пару мгновений он выскочил из своей машины, распахнул водительскую дверцу фургона и наставил пистолет на шофера. Тот, выпучив глаза от испуга, послушно поднял руки:
– Не убивайте! Я просто водитель. Забирайте все, что хотите. – Голос дрожал и срывался на визг.
Мужчина с пистолетом, указав дулом на грузовой отсек фургона, коротко бросил водителю:
– Открывай!
Торопливо выйдя из кабины, водитель потрусил к задним дверцам фургона и распахнул их. На полу в темном салоне стояли две большие спортивные сумки. Мужчина переложил пистолет в левую руку и потянулся за сумками. Когда он уже взялся за ручку одной из них, сзади раздался знакомый щелчок рации и твердый голос произнес:
– Код красный. Повторяю, код красный.
Выпустив ручку сумки и резко развернувшись, сержант Стивенсон успел заметить, как водитель, глядя на него холодными бесстрастными глазами профессионала, одной рукой держит рацию, а другой сжимает пистолет, направленный ему в грудь.
На пустой улице одновременно раздались два выстрела, и последнее, что сержант видел, прежде чем в глазах померк свет, был черный кевларовый жилет, выглядывающий между полами куртки на груди у водителя.
Фандом: Sherlock BBC
Автор: GingerLelia
Гамма: Sellaginella
Персонажи: Шерлок Холмс, Майрофт Холмс, Джон Ватсон
Рейтинг: PG-13
Статус: Закончен
Размер: миди
Дисклеймер: Книги – Конан Дойля, образы – BBC, все остальное – моё.
Предупреждение: AU, так что может быть ООС. Употребление наркотиков.
Примечание: В этой вселенной Шерлок Холмс – реальный человек, молодой аристократ, получивший имя в честь героя книг Конан Дойля. Майкрофт (точнее Майкл) Холмс, его старший брат – детектив-инспектор Скотленд-Ярда. А Джон Ватсон… Джон это Джон. Бывший врач, бывший военный. Настоящий друг.
Жанр: action, case fic
Саммари: Помогая брату в расследовании нового дела, Шерлок оказывается в ситуации, которая заставляет его вновь столкнуться химерами из его прошлого. Фанфик является сайд-стори к «Неизбежность-2. Шерлок».
Часть 1.
Шерлок давно не удивлялся. Вокруг всё и всегда было для него слишком очевидным, чтобы он смог испытать подобную эмоцию. Поэтому, когда он увидел, как его рука берет шприц с героином и впрыскивает его в матрас, то испытал безмерное удивление от собственного поступка.
Тело, словно в наказание за лишенное удовольствие, ответило волной судорог. Придя в себя, Шерлок сделал все возможное, чтобы тот, кто непременно придет проверить его состояние, не догадался, что шприц использовали не по назначению. Как должен выглядеть шприц после инъекции он знал отлично.
читать дальшеПока его страж стоял над ним, удостоверяясь, что все в порядке (даже пульс попытался посчитать, заботливый), Шерлок из последних сил изображал беспечную улыбку находящегося под кайфом человека, и молил про себя, чтобы парень не вздумал проверить его зрачки… Но в отличие от доктора, который, естественно, не поверил бы в разыгранное представление, охраннику видно даже не пришла в голову мысль, что дозой героина наркоман может распорядиться как-то по-другому.
Наконец коротышка вышел из комнаты, снова заперев дверь, и Шерлок получил возможность свернуться клубком на кровати, чтобы можно было как-то перетерпеть дикую резь в желудке. Прошел еще почти час, прежде чем он почувствовал себя более-менее в силах приступить к намеченному плану. За все это время за окном окончательно стемнело, и в доме не было слышно ни звука. Видно его страж заснул, не волнуясь больше о своем подопечном.
Первым делом он достал спрятанную проволоку и дрожащими пальцами отпер наручники. Потом он сел на кровати и подождал, пока пол и стены перестанут плясать джигу. Прислушиваясь к звукам за дверью, Шерлок прошел в ванную и, чуть приоткрыв кран, чтобы не было слышно звука бегущей воды, вдоволь напился. Вода сильно отдавала ржавчиной, но ему в тот момент она показалась самым вкусным напитком на свете.
Как-то раз, увидев, как с помощью канцелярской скрепки он открыл кабинет в Скотленд-Ярде, Майк сказал ему, что очень рад, что его младший братишка по эту сторону закона, а не по другую. Потому что, судя по всему, там он добился бы немалого успеха. Так что открыть дверь узилища Шерлоку было нетрудно. Правда, то и дело накатывал озноб, и пальцы сводило судорогой, поэтому времени на это ушло немного больше. Но вот замок поддался, и перед Шерлоком показался небольшой коридорчик и лестница из пяти или шести ступенек, ведущая наверх.
Все время прислушиваясь, он осторожно вышел в коридор и притворил дверь плотнее. Тут его взгляд заметил биту, стоящую в углу за дверью. Ну что ж, она была весьма кстати. Пролежав почти двое суток привязанным к кровати, после всех этих процедур, вряд ли бы он был в силах справиться с коренастым голыми руками.
Сжимая биту в руках, Шерлок осторожно ступил на лестницу, надеясь, что ступеньки не заскрипят. Поднявшись по ним, он понял, что оказался в небольшой полутемной кухне, с окнами, выходящими то ли в сад, то ли в лес.
В помещении никого не было, горела только лампочка над плитой. Кругом царила просто стерильная чистота и идеальный порядок. Даже кружки на полках были повернуты ручками в одну сторону. Похоже, у коренастого самая настоящая мания.
Психически здоровых людей вокруг все меньше и меньше, думал Шерлок, крадясь по кухне. Взять хоть его и Джона – у одного аутизм, пусть и не так сильно выраженный, другой кричит по ночам и каждую мелькнувшую тень считает притаившимся неприятелем… Тут Шерлок вспомнил, как в последний раз это отклонение Джона спасло ему жизнь, и почувствовал себя почему-то немного бодрее.
Где-то рядом послышался шорох, и Шерлок резко развернулся, замахнувшись битой. Но рядом никого не оказалось. Лишь догадавшись опустить взгляд, он увидел большую пушистую кошку, с важным видом прошествовавшую мимо него к своей миске. Холмс медленно выдохнул и попытался унять дрожь в коленях. Бита вдруг стала тяжелой, словно чугунная. Надо уходить, иначе он потеряет тут сознание и грохотом разбудит хозяина.
Пройдя пару шагов, он заметил выход в небольшой холл, из которого наверх вела лестница, а чуть дальше лестницы виднелась вожделенная цель – дверь на улицу.
Уже двинувшись в ее сторону, Шерлок понял, что в борьбе за свободу упустил из виду один важный момент. За дверью его ждали декабрьские сумерки. У него, кажется, начинался жар, а одежды на нем по-прежнему было, мягко говоря, не густо.
Нет, стискивая зубы от злости, думал Шерлок. Более дурацкой ситуации в его жизни давно не случалось. Быть в двух метрах от свободы, и такая загвоздка. И как он об этом не подумал, это он-то, с его гениальной головой! Чертов промедол!
Но, выглянув в холл, он понял, что еще не все так мрачно, как казалось – на перилах лестницы висело его, Шерлока, пальто, а рядом с дверью стояли чьи-то высокие ботинки…
*** *** ***
Она кружила по дорогам этого чертового лесничества уже несколько часов. Если верить карте, где-то здесь должен быть домик смотрителя. Наверное, она пропустила поворот в таком тумане. Да что же это такое, в конце концов!
Простейшее поручение – незаметно подбросить объекту наблюдения маленькую визитку в карман пальто – она выполнила без проблем. Уже сев к себе в машину, Сара прекрасно рассмотрела, как он вышел из магазина с визиткой в руках. Но потом… Потом произошло нечто странное.
К объекту сзади, прихрамывая, подошел какой-то высокий мужчина, хлопнул его по левому плечу, словно здороваясь, и тут у ее объекта как будто подкосились ноги. Подошедший подхватил выпавшие у того из рук пакеты, заботливо приобнял за плечи и повел к машине, стоящей тут же в паре шагов. Все выглядело так, словно один друг ведет другого, хватившего лишку в баре напротив. Но в магазине Сара прекрасно успела рассмотреть, что объект был трезв, кроме того, наблюдая за ним уже несколько недель, она не видела его выпившим, и не заметила, чтобы вне дома тот пил что-то кроме воды или кофе.
Двое мужчин сели в машину, и Сара еле успела завести двигатель, как их седан резко тронулся с места. Медлить было некогда, она не стала звонить и уточнять инструкции, а просто пристроилась следом и умудрилась в вечернем трафике не упускать темно-синюю тойоту из вида даже за пределами Лондона, до самого съезда с Черч Лейн в Херифордшире.
Но потом начались пустые и узкие деревенские дороги, и ей пришлось увеличить дистанцию, чтобы не быть замеченной. И к тому же пока они ехали, стемнело окончательно. В общем, она их упустила. Проехав еще пару миль, Сара поняла, что впереди их нет. Это означало одно – они свернули. Они могли повернуть куда-то в сторону Парадайз Уайльд Лайф Парка. Или, что еще хуже… Глянув в карту, она увидела, что по Пэмбридж Лейн, поворот на которую она только что проехала, можно через десять минут въехать в Деррис Вуд – огромное лесничество…
Что-то ей подсказывало, что в тот седан ее объект сел вовсе не добровольно. А так как для стороны, ее нанявшей, этот высокий брюнет был почему-то очень важен, выходит, что из-за ее небольшой оплошности может провалиться что-то серьезное.
С ее опытом наружного наблюдения упустить машину на пустой сельской дороге было вдвойне обидно. Через час блужданий по окрестностям она все-таки позвонила и сообщила, что кажется, потеряла его. Голос по телефону отвечал ей так холодно, что даже сейчас, более суток спустя, вспоминая об этом в теплом салоне своего Фольксвагена, Сара чувствовала легкий озноб.
А может, сказалось недосыпание? Последний раз она спала, кажется, позапрошлой ночью, а последние сутки она провела за рулем, объезжая в поисках темно-синей тойоты все деревеньки, гостиницы и мотели в округе. Чтобы не заснуть за рулем, пришлось даже принять таблетку стимулятора, что она делала только в крайних случаях. Но что-то ей подсказывало, что этот случай именно крайний.
…Откуда он появился на дороге, она так и не поняла. Ведь она проезжала здесь несколько минут назад. В свете фар мелькнула долговязая фигура, и, прибавив скорости, она быстро обогнала его и, притормозив, открыла дверцу. Между распахнувшимися полами пальто мелькнул голый торс и длинные голые ноги в каких-то высоких ботинках с развязанными шнурками…
Она махнула ему рукой, приглашая сесть, и приготовилась сыграть проезжавшую мимо заблудившуюся туристку. Но он ввалился в салон, и, буркнув что-то невнятное,… потерял сознание.
Весь опыт, накопленный Сарой при очень разных обстоятельствах, говорил ей, что там, где объект был все это время, с ним произошло что-то не очень хорошее.
Поэтому она, перегнувшись через пассажира, быстро захлопнула дверцу и вдавила в пол педаль газа…
Через пятнадцать минут она выехала на автостраду и, съехав на обочину, остановила машину. Не заглушая двигатель, Сара, насколько позволяло ей пространство салона, быстро осмотрела своего пассажира на предмет ран и повреждений. На лице, шее, и на груди ни кровоподтеков, ни царапин, ногти целы, пальцы не разбиты. Значит, вряд ли его били. Жар. Сухие губы искусаны в кровь. Дыхание хриплое. Ну, погуляй-ка в минус семнадцать по лесу в белье и пальто на распашку…
Глядя на молодого человека, беспомощно скорчившегося на маленьком для него сидении, она поняла, что от него веет бедой. Что там с ним сделали? Однако медлить больше было нельзя. Сара еще раз проверила пульс на худом запястье, затем пристегнула своего пассажира и выехала на автостраду А10.
Набрав знакомый номер, девушка быстро и четко доложила обстановку. Там попросили подождать и не вешать трубку. Через пять минут абсолютной тишины она снова услышала знакомый мягкий голос, от которого ее снова зазнобило, и внимательно выслушала новые инструкции.
Через полтора часа в небольшом коттедже на окраине Лондона ее пассажира осматривал пожилой молчаливый доктор. Раздев все еще не пришедшего в сознание мужчину, они не нашли на теле ни одной раны, кроме следов от иглы на правой руке. Пожилой доктор задумчиво пожевал нижнюю губу и потянулся за своим саквояжем. Открыв его, он достал все необходимое для экспресс-теста на наркотики.
Пока доктор брал кровь и делал анализ, Сара свернулась калачиком в кресле рядом с кроватью, куда они положили ее пассажира. Борясь со сном, она думала, почему ей не сказали, как его зовут по-настоящему? Хозяева называли его «Шерлок Холмс». Понятно, что это не было настоящим именем. Особенной чепухой это звучало, если вспомнить, как зовут ее саму… Но так как в этот раз в ее обязанности входило только наружное наблюдение, а не сбор досье, она не лезла не в свое дело и не задавала лишних вопросов. А сейчас, глядя на осунувшееся лицо, которое было белее белого, ей очень захотелось знать имя…
Когда результаты теста были готовы, доктор вышел в другую комнату и с кем-то долго говорил по телефону. Сквозь навалившуюся дремоту Сара смогла разобрать «опиоиды… диализ… опасно… пневмония… антибиотики».
Когда во дворе коттеджа, где был припаркован маленький Фольксваген, остановился небольшой белый фургон, Сара уже крепко спала. Из фургона вышли несколько мужчин, которые осторожно выкатили какой-то ящик и вынесли несколько больших пакетов с инструментами и лекарствами…
*** *** ***
Шерлок спал и видел счастливый сон. Даже скорее не видел, а чувствовал. Еще немного и он бы понял, догадался, дотронулся… Но тут его разбудил громкий стук в дверь.
Открыв глаза, он обнаружил, что лежит на широкой двуспальной кровати в небольшой комнате, всей своей обстановкой говорящей о том, что находится она в не самом дорогом мотеле. Отметив мимоходом, что на нем надета футболка, джинсы и даже носки, он поднялся с кровати и направился к двери, так как стук становился все настойчивей.
– Сэр! – раздалось за дверью. – Эй, мистер, как вас там, проснитесь!
Шерлок рывком распахнул дверь, и его шатнуло в сторону от накатившей слабости, да так, что пришлось схватиться за притолоку, чтобы не приложиться головой об косяк.
Длинноволосый очкарик в мятой рубашке и мешковатых брюках, с любопытством оглядел открывшего ему дверь долговязого молодого брюнета с торчащими во все стороны кудрями, недельной щетиной и мутным взглядом.
– Шесть часов, – бодро сообщил он Шерлоку, надув пузырь из жвачки.
– Ммм? – все, что мог выдавить из себя Холмс, быстро пытающийся сообразить, когда последний раз он вообще пользовался голосом. Такое впечатление, что очень давно…
– Я говорю, утро уже. Шесть часов. Вы ж вчера просили разбудить? Ну, вот я и бужу!
– Я просил? – голос хрипел и ломался, как сухая бумага, в горло будто песка насыпали.
– Ну, сами вы вчера ничего не могли – ни петь, как говориться, ни рисовать, – очкарик нагло ухмыльнулся. – Не, я все понимаю, вечер пятницы – дело святое. Короче, – он заправил за ухо прядь сальных волос и уже уходя по коридору, закончил, – ваши друзья мне поручили вас разбудить в шесть часов. И отдать вам конверт. Будете уходить, подойдете ко мне к стойке портье, отдам.
Парень уже спускался по лестнице, а гениальный детектив все еще смотрел ему в след. Пятница? Друзья? Последний день, который он помнит отчетливо, был понедельник. А последние хомо сапиенсы, которых он встретил, собирались сделать из него наркомана.
Он, бесспорно, отстал от реальности. Об этом стоило поразмышлять.
Медленно закрыв дверь, Шерлок добрел до кровати, лег и осторожно опустил голову на подушку. Закрыв глаза, он провел мысленную ревизию собственного тела. Под закрытыми веками плавали яркие разноцветные круги, колени дрожали, в горле першило, немного болела голова. Но в остальном, физическое состояние можно было назвать удовлетворительным. Это внутри. А что у нас снаружи? Он с некоторой неохотой оторвал голову от подушки, только потом открыл глаза и рассмотрел себя как следует. Футболка чистая, джинсы по размеру, носки, судя по всему, новые. Подумав, он оглядел пол рядом с кроватью и нашел там черные кроссовки, с виду как раз его размера. Посмотрев по сторонам, он увидел свое пальто, висящее на спинке кресла, а в кресле – серый свитер грубой вязки. Больше ничего примечательного в комнате не было. Комната как комната, обычная дешевая гостиница.
Очень хотелось спать. И не хотелось думать.
Впервые за много лет… Нет. Впервые за всю жизнь гениальному Шерлоку Холмсу, барону, хозяину частного детективного агентства не хотелось заниматься своим самым любимым на свете делом. И подумать о том, почему ему не хотелось думать, он решил дома.
Вот. Наконец-то все встало на свои места в его просыпающемся рассудке. Ему надо домой. Он… хочет домой. Не в свою любимую комнату с высокими потолками и окнами, выходящими на двухсотлетний парк, в особняке в Оксфордшире. Норт Гоуэр Стрит. Квартира на втором этаже, камин, череп, диван, книги. Джон.
Конверт! Надо спуститься к хипповатому портье, забрать конверт и задать пару вопросов. Следовало, как минимум выяснить, где он и как выглядели друзья.
Надевая свитер, Шерлок почувствовал что-то под футболкой. Задрав ее, он с удивлением увидел маленький кусочек пластыря, приклеенный повыше и правее пупка. Под пластырем обнаружился небольшой порез или скорее хирургический шов, не больше дюйма длиной. Под кожей на месте шва чувствовалось небольшое уплотнение, словно туда что-то вшито. «Какого…?» промелькнула полная злости мысль. Сама идея, что кто-то что-то сделал с его телом без его ведома привела его в дикую ярость. Ладно, опуская футболку, думал детектив, это мы тоже выясним!
Надев свитер, Шерлок потянулся за пальто и обшарил в нем карманы, надеясь найти хоть что-то. Как ни странно, в карманах нашелся и бумажник, с нетронутым содержимым, и ключи от квартиры, и телефон, у которого конечно давным-давно сел аккумулятор. Вот как? Так. Домой! Думать он будет дома.
Захлопнув дверь комнаты, он спустился на первый этаж и прошел к стойке портье, которая занимала почти все пространство маленького вестибюля. Его длинноволосый знакомый сидел за стойкой и что-то читал в толстом журнале, отпечатанном на плохой бумаге. С явной неохотой оторвавшись от чтения, он ответил на вопросы Холмса. Гостиница называется «Черный лебедь», находится в Паддингтоне, друзья выглядели чуть лучше его самого, один высокий и тощий, другой среднего роста, обычного телосложения. Каких-то особых примет он не запомнил. Хотя, наверное, мистеру лучше знать своих друзей, которые так заботливо довезли его до гостиницы, уложили спать и даже номер оплатили. Всучив наконец Шерлоку обещанный конверт, он снова уткнулся в свой журнал.
Ну конечно, думал Шерлок, выходя из гостиницы и рассматривая посылку. Что еще могло быть изображено на загадочном конверте загадочных друзей? Только большая черная литера «М» из четырех перекрещенных сабель.
Еще какую-то неделю назад первым действием Шерлока в этой ситуации было бы аккуратно вскрыть конверт, внимательно прочитать послание таинственных знатоков и поклонников творчества сэра Конан Дойля и затем тщательно его проанализировать.
Сегодня все было по-другому. Он жив. Он точно знает, что наркотика в его теле нет. Он хочет домой. Сегодня ему этого достаточно.
– Такси! – сунув конверт в карман пальто, Шерлок махнул черному автомобилю, показавшемуся в начале улицы.
Через полчаса, стараясь не шуметь, Шерлок поднялся по лестнице в свою квартиру на втором этаже дома 185 по Норт Гоуэр Стрит. Неслышно войдя в гостиную, освещенную скудным светом настольной лампы, которая почему-то не была потушена, он увидел, что на диване, уткнувшись щекой в подушку и свесив одну руку до самого пола, крепко спит Джон. На ковре рядом с диваном лежал мамин альбом с фотографиями, некоторые снимки были рассыпаны вокруг.
Через несколько мгновений Шерлок понял, что улыбается, глядя на спящего соседа, который даже во сне сосредоточенно хмурил брови.
Он почувствовал, что и сам сейчас заснет, прямо вот так – стоя, как боевой конь. Взгляд упал на каминную полку, где лежал, подключенный к розетке, телефон Джона. Стягивая на ходу пальто и бросая его на спинку одного из кресел, Шерлок прошел к камину, взял телефон Джона, нашел в телефонной книжке номер брата и быстро набрал и отправил смску:
«Был в отлучке. Все в порядке. Ш.»
Потом подумал немного и отправил еще одну:
«Мне не звони. Телефон не заряжен. Ш.»
Затем, сунув телефон под подушку Джону, он сел в кресло рядом с диваном и, с хрустом потянувшись и вытянув ноги, закрыл глаза. Через двадцать секунд он спал так крепко, что не услышал ни сигнала сообщения, пришедшего от Майкла, ни испуганного вскрика Джона, разбуженного смской…
*** *** ***
Недалеко от служебного въезда на кладбище Ламбет за рулем большого черного джипа сидел человек и терпеливо ждал, когда из-за угла покажется серый фургон с надписью «Доули и сыновья. Перевозка грузов». Положив подбородок на руки в кожаных перчатках, сжимающие руль, он старался не думать ни о чем, кроме того, что предстояло сделать, когда фургон наконец покажется из-за поворота. На пассажирском сидении рядом с ним лежал большой пистолет.
Все пошло не так. Все вышло из-под контроля. Он не должен был заниматься этим сам. Но теперь нельзя по-другому. Потому что иначе… Человек в отчаянии застонал сквозь стиснутые зубы.
Улица была пуста. Это хорошо, потому что если придется стрелять, чем меньше народу будет вокруг, тем лучше. Ожидание измотало его, и он даже вздохнул с облегчением, когда серый микроавтобус показался на углу Блэкшо и Смолвуд роуд. Мужчина быстро опустил на лицо черную маску.
Сняв пистолет с предохранителя, он сунул его во внутренний карман куртки и, резко тронув джип с места, выехал на дорогу прямо перед фургоном, перекрыв ему путь. Несмотря на то, что человек был довольно немолод, двигался он ловко и быстро, и уже через пару мгновений он выскочил из своей машины, распахнул водительскую дверцу фургона и наставил пистолет на шофера. Тот, выпучив глаза от испуга, послушно поднял руки:
– Не убивайте! Я просто водитель. Забирайте все, что хотите. – Голос дрожал и срывался на визг.
Мужчина с пистолетом, указав дулом на грузовой отсек фургона, коротко бросил водителю:
– Открывай!
Торопливо выйдя из кабины, водитель потрусил к задним дверцам фургона и распахнул их. На полу в темном салоне стояли две большие спортивные сумки. Мужчина переложил пистолет в левую руку и потянулся за сумками. Когда он уже взялся за ручку одной из них, сзади раздался знакомый щелчок рации и твердый голос произнес:
– Код красный. Повторяю, код красный.
Выпустив ручку сумки и резко развернувшись, сержант Стивенсон успел заметить, как водитель, глядя на него холодными бесстрастными глазами профессионала, одной рукой держит рацию, а другой сжимает пистолет, направленный ему в грудь.
На пустой улице одновременно раздались два выстрела, и последнее, что сержант видел, прежде чем в глазах померк свет, был черный кевларовый жилет, выглядывающий между полами куртки на груди у водителя.